27 Сентябрь 2012 Автор  А. Раевская

Несколько минут в «болотной» компании

На эту осень назначена реорганизация первого из 8 заказников, перспективных для добычи торфа. Часть территорий заказников будет лишена природоохранного статуса и осушена. Экологи и зеленые считают эти планы очередной авантюрой и пытаются отстоять ООПТ.

Почему они начали «болотную кампанию»? Что уже удалось сделать? Каковы планы на будущее? Рассказывают экоактивисты и создатели ресурса BezBolot.Net Оля Каскевич и Костя Чикалов.

Когда и почему Вы начали «болотную кампанию»?

Оля: На экологическом форуме НГО летом 2011 года была озвучена тема осушения болотных земель на территориях ООПТ и принятия нового постановления Совета Министров № 794 «О некоторых вопросах добычи торфа и оптимизации системы особо охраняемых природных территорий».

Об этой теме мы тогда услышали впервые. Через несколько недель мы, всей теперь уже существующей командой, принимали участие в Школе экологического активиста «Зеленой сети». Для своего старта в рамках Школы выбрали именно этот вопрос. Мы понимали, что постановление № 794 касается всех граждан республики, но, ввиду сухой подачи материала экологическими организациями, данный вопрос проходил незамеченным. Именно поэтому мы решили создать некую платформу, где мы хотели простым, живым образным языком и в картинках показать масштаб и значимость проблемы, которая касается не только людей, работающих в сфере экологии, а лично каждого из нас.

Костя: Зимой вернулся из России, работал там в природном парке и только тогда узнал о грозящей опасности для нашей природы. Многих ребят из инициативы, как оказалось, я уже знал лично или заочно. Всё началось с того, что я написал на странице группы «Без болот? Нет!», и меня пригласили присоединяться к ним. Оля, помню, написала: «Приезжай! Всем будем рады!». А вообще, ко мне во сне явился болотный дух и сказал, что я должен присоединяться к остальным )), чтобы сохранить пока нетронутые земли.

Уже давно занимаюсь охраной природы, и это стало частью меня, болота — это наша природа, наше достояние.

— Что Вас больше всего удивило, поразило, какие открытия Вы для себя сделали, когда начали заниматься «болотной кампанией»?

Оля: Если честно, то для нас было большим открытием то, как принимаются порой решения в Министерствах и как проводится информирование граждан. Информация о принятии постановления проходила лишь в рассылке Совмина. И на местах, порой, люди до сих пор не имеют ни малейшего понятия о том, что происходит и будет происходить с их территориями. Нелепо как-то указывать чиновникам и лицам, которые обязаны знать законодательство от и до, и тем более следовать ему, что такое «Общественные обсуждения и слушания» и по каким правилам они должны проходить.

А если говорить о положительных впечатлениях, то следует сказать, что всякий раз, когда мы выезжаем на места, нас поражает красота и великолепие природного наследия, которое еще не ушло под «нож».

Проехавшись по местностям, хочется прокричать: «Ребята, да ладно, посмотрите, что мы теряем! Хватит сидеть в своих домах, съездите, полюбуйтесь всем. И эта красота надолго будет греть ваши сердца». Помимо всего прочего наши экспедиции сместили немного тот спектр ответственности, который был. После начала деятельности больше понимаешь, что ты в ответе не только за себя и свой дом. Это понятие «дом» расширилось до уровня «мой дом – моя страна».

Костя: Сказать по правде, я до этого не был на настоящих огромных болотах. Когда же я впервые попал на одно болото из списка – влюбился в них. К сожалению, наверное, не много людей знают об их красоте и поэтому соглашаются на разрушение. И ещё, меня сильно порадовало, что местным жителям и жителям близлежащих городов на самом деле не всё равно, они искренне сочувствуют, некоторые даже, бывало, пускали слезу. Наверное, в глубине души люди знают, какое оно на самом-то деле болото – чудо природы!

Как по Вашему, в чем корень этой проблемы, проблемы возвращения к торфу?

Оля: Я думаю, что это был удобный момент для принятия данного постановления. Добыча торфа – это в любом случае живые деньги, которые получаешь в казну достаточно быстро. И это, конечно же, экономически выгодно. Но мы настаиваем на следующей точке зрения: следует помнить о том, что добывать торф на данных территориях мы можем на протяжении 10-20 лет (мнение экспертов), но восстановить нанесенный местности урон практически невозможно. Поэтому рационально было бы использовать данные территории иначе. К примеру, помогать заказникам создавать экотропы и развивать экотуризм. А места ведь поистине уникальны, не зря ведь они имеют статус заказника.

А еще хотелось бы, чтобы лоббирование схожих, очень значимых для страны проектов имело хотя бы четкое экономическое обоснование. Данный проект еще не проработан до конца. И смешным является тот факт, что реорганизация первого заказника будет проведена уже осенью этого года, а окончательный вариант технико-экономического обоснования запланирован на 2013-2014 гг. Как-то комично это звучит.

Костя: Мне вот кажется, что такие проекты появляются тогда, когда кто-то хочет быстрым способом заполнить свой кошелёк. К нашему несчастью, нам досталась с советских времен куча оборудования для мелиоративных работ. Они-то многие уже вышли из строя, но, как и на заводах, у нас длительное время пользуются устаревшей техникой.

Ремонтируют и осушают дальше. Как по мне, это в пустую выброшенные деньги, так как за осушением пойдёт какое-никакое восстановление. А может и не пойдёт, но тогда мы будем одними из тех, кто ощутит силу природы: потопы, температурные скачки, засуха и снижение биоразнообразия, а всё это повлечет финансовые потери.

Проблема ещё в том, что не учитывают климатическое положение в мире, не учитывают плюсы болот для Беларуси (торг квотами на выбросы углекислого газа), безграмотно относятся к управлению природными ресурсами. Торф – это не выход для энергетической и финансовой независимости. Это наше внутреннее богатство и оно должно быть неприкосновенным.

Но, по сути, на первое место я бы поставил проблему лабильности экологических законов, которое позволяет отрезать земли от особо охраняемых территорий.

По-настоящему, если территория была признана особо охраняемой, то она не должна пускаться под нож.

Какие основные этапы кампании у Вас были, что удалось сделать, что не получилось?

Оля: Наверное, нашу жизнь Bezbolot.net можно поделить на 2 этапа. Первый этап был связан с созданием инициативы и нашего ресурса. Это происходило на протяжении осенне-зимнего периода 2011 года. По большей части мы с ребятами пытались прояснить суть проблемы и к каким последствиям она может привести, собирали мнения местных жителей и выстраивали общую картину. Это был период экспедиций на места и информирования граждан о проблеме. А далее, вторым этапом стала работа с местными инициативами в регионах и озвучивание проблемы в целом по стране.

Не вышло получить ОВОС от Минэнерго и вообще вести конструктивную коммуникацию в письмах. Постоянно получаешь размытые ответы и не знаешь, что с ними делать. Помимо всего, сложно договариваться о сотрудничестве, потому что все люди заняты и занимаются данными вопросами не в рабочее время.

Очень приятно, что людей волнует вопрос и есть большая заинтересованность. Но работать с законодательством по данному вопросу очень трудно. Потому что, оказывается, что придать статус «заказника» территории – долгий и крайне сложный процесс, а вот вывести часть заказников восьми территорий получилось достаточно легко и просто. Так как же устойчивое использование данных земель?

Костя: Соглашусь с Олей, что первым этапом стало создание инициативы, запуск блога «Без болот», работа с местными жителями и экспедиции – всё это было до меня.

Следующим же шагом была информационная работа, которая продолжается и сейчас. Но помимо этого, мы занимаемся созданием позитивного способа использованию болотных территорий.

Мне вот кажется, что нам надо уделять часть времени и детям, так как в них наше будущее.

— На какой стадии сейчас эта проблема (ее спустили на тормоза, развивают дальше) и чем занимаетесь Вы в рамках болотной кампании?

Оля: Сейчас мы работаем над созданием рабочих инициатив в регионах и  живых портретов каждого из болот. Набрались сил для новых стартов. В планах новые медиальные продукты, запуск совместной кампании с экологическими организациями и многое другое. Но подробно об этом не хочется говорить, чтобы не «спугнуть» запланированное.

Костя: Я думаю, что всё ещё начинается. Да, в СМИ тема болот поутихла, но тут сложно удержать её в топе, когда в мире человек стремиться получать больше новой информации, а зачинщикам осушения болот выгодно тихонько выпустить пулю в сердце каждому из болот. Но нас это не останавливает, и мы сделаем всё, что в наших силах. Нам надо теснее работать с госучреждениями, такими как Минприрода.

Будем оптимистами и поверим, что среди чиновников, депутатов тоже есть те, кто полюбит болота и скажет своё слово в их защиту.

О личностях. Встречались ли Вы лично с академиком Лиштваном, вдохновителем нового наступления на недра Беларуси? Если да, то какое впечатление он на Вас произвел?

Оля: Встречались на общественных обсуждениях в Минэнерго. Ничего личного мы к нему не имеем. Мы просто высказываем нашу позицию против необдуманных поступков. Иван Иванович всю жизнь занимался добычей торфа, еще в советское время Полесье от его руки было наполовину осушено. Это всю жизнь было его дело, но вряд ли оно сейчас может представлять какой-то рациональный интерес в рамках устойчивого развития страны.

Костя: Мне познакомиться с ним не посчастливилось. Думаю, что это хороший дедушка, который любит природу, но советский строй затуманил его сердце и он подписался на убийство болот.

И как обычно, о перспективах. Что будете делать и чего не делать?

Оля: Мы не собираемся идти на конфликты с госчиновниками. Они такие же люди и делают так, как знают и умеют. В наших интересах работать в позитивном опыте развития альтернативного использования болотных территорий. И через это показать то, что можно развивать, а не идти путём разрушения. Также, мы хотим больше работать с общественностью, рассказывать о важности сохранения болот, создавать материал, который будет пробуждать к сохранению нашего природного достояния. Планируем запустить «Портреты болот» и создать детскую книгу о болотах. Идеи приходят постоянно, только на всё не хватает времени и возможностей.

Костя: Перспективы... осень, время для подведения итогов и пересмотра дальнейшего пути следования. Нам важно создать позитивную сторону защиты болот и, думаю, над этим мы и будем работать — экотропы, визуальный материал про болота...

Не будем раскрывать все карты, но будет здорово, если в каждом регионе страны возникнут свои инициативы по сохранению родных болот. Люди должны знать всю информацию и уже сами решить, что будет для них лучше. Мне же важнее природное достояние, нежели второй или третий автомобиль в семье. Придёт время и нам также надо будет задуматься о другом взгляде на свой образ жизни. А он в том, чтобы человечеству учиться жить вместе с естественной природой, так как мы часть ее.

Записала А. Раевская, для Беларусского Зеленого Портала

Фото Ольги Каскевич


Ссылки по теме:

На плаху торфодобычи положили заказник «Озеры»



Комментарии   

 
0 # ав 2012-10-01 17:06
лягушки не могут символизировать болота, т.к. не любят торфяную воду. А на верховых болотах они и размножаться не могут. На фото озерная лягуха, которая живет в озерах и в крупных прудах. Информируйте, не дезинформируйте.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

Добавить комментарий


Код безопасности
Обновить изображение